Кетросы. Медоносный конвейер сломан...

В начале мая мне понадобилось срочно съездить в бывший учхоз в Кетросу. Мы сейчас проводим исследование, связанное с важностью медоносной базы для пчеловодства и эта локация, в этом смысле - является уникальной! 

В последнее время, выходные и праздники, для меня стали на вес золота. Это редкие периоды, когда можно выкроить несколько часов непрерывного времени и не отвечать на телефон - направив внимание на созидательный труд или погрузиться в какую-то важную для меня тему... 

Когда-то в Кетросу был построен настоящий Медоносный Конвейер. И, насколько я понимаю, это, возможно, единственное место в Молдове, где на сельхозземлях сохранилась полноценная система лесополос и встроенных в рельеф лесных массивов, спроектированных по научным принципам. Если я ощибаюсь, прошу меня поправить. С интересом, посмотрю и другие локации. 

И в Кетросу, не просто каки-то ленточки в 1 ряд ореха, а многорядные лесополосы с породами, специально подобранные для пчёл: разные виды Акации раннего и позднего цветения, Софора Японская, Дубы, разные виды Ив, Кизила и другие ценные медоносные и пыльценосные растения… а на полях и лугах тогда сеяли медоносные одонолетние и многолетние травы... изучали производительность в разных условиях и т.д.

Для меня, кстати, отдельным открытием стало то, насколько важна пыльца дуба для пчёл. Это один из важнейших источников раннего протеина для выращивания нового поколения пчёл. Без сильного поколения рабочих пчёл, слабые пчело-семьи не способны взять с Акации и Липы значимую долю нектара, даже в благоприятный год…

Раньше я бывал в Кетросу много раз, но сейчас приехал посмотреть на эту территорию уже именно с точки зрения медоносного конвейера - как на живую рукотворную систему, которая может поддерживать пчёл в течение всего сезона за счёт последовательного цветения разных пород.

И вот что важно: эта система, вероятно, сохранилась только потому, что бывшее учебное хозяйство не было раздроблено и приватизировано, а осталось единым государственным массивом. То есть на тот момент, в стране оставались светлые головы, которые понимали ценность и уникальность данной эко-системы!

Но, как оказалось, сохранилось оно только до недавнего времени.

Научная деятельность там давно фактически прекращена, хотя формально станция ещё существует (см фото) А то, что я увидел на месте, меня, мягко говоря, шокировало: массовая вырубка уникальных деревьев - просто НА ДРОВА!

Не одно-два дерева. Речь идёт о сотнях, возможно, тысячах деревьев. Среди них, как я уже ранее говорил - редкие и нестандартные для Молдовы породы, ранние медоносы, Софора, Акации, Дубы, разные таксоны Ив, Осин и т.д., которые представляли собой ценность как уникальный отобранный генетический материал! Целые участки просто вырублены под корень.

Я задокументировал несколько эпизодов: фото, видео, геополокации, положил все в фотоальбом. И так как после увиденного я не мог уснуть, ночью отправил обращение по электронной почте со ссылками на все материалы - в экологическую инспекцию Анений Ной, в копию в канцелярию Ministerul Mediului al Republicii Moldova , Агенство Публичной Собственности @Agenția Proprietății Publice и, немного злоупотребив личным знакомством, поставил в копию адрес министра экологии Hajder Gheorghe.

Дальше пошло самое интересное!

Любому здравомыслящему человеку понятно, что вырубка такого масштаба не может происходить случайно или незаметно. Это не один человек с бензопилой. Это недели работы, люди, техника, складирование, погрузка, вывоз древесины.

И здесь я не хочу бросаться обвинениями. Но как гражданин и как человек, который имеет какое-то отношение к лесной тематике и экологии, я считаю правильным задать вопрос: как такое могло происходить на уникальной государственной территории, среди сельхозполей, и при этом оставаться вне поля зрения ответственных структур, случайных свидетелей, участкового в конце-концов?

Где в этот момент была система контроля?  

Кто должен был увидеть это в процессе?  

Кто должен был остановить это до того, как ущерб уже нанесён?

В понедельник я получил ответ от специалиста по коммуникации Министерства Экологии. Мне сообщили, что предоставленная информация неполная и не может быть зарегистрирована или взята в работу в таком виде. Были перечислены формальные требования: фирменный бланк, название организации, подпись ответственного лица и так далее... указаны ссылки на соответствующие пункты в законах.

Я ответил и задал встречный вопрос: если я не оформлю эту информацию по всем бюрократическим требованиям, будет ли она всё равно принята в работу? Или будет проигнорирована?

Потому что в такой ситуации для меня принципиальный вопрос: что важнее для системы - сам факт возможного масштабного экологического преступления или форма, в которой гражданин сообщил об этом?

Намеренно не делал информацию публичной, что бы дать органам возможность воспользоваться фактором неожиданности и, возможно, поймать браконьеров с поличным…

Я редко поднимаю панику по поводу вырубок, особенно в сетях. Я больше про выращивание, восстановление, посадку деревьев. Но этот случай не мог остатья без моей реакции, потому что речь идёт не просто о деревьях. Речь идёт о разрушении, возможно, единственной в стране полноценной системы лесополос, которая имеет огромную ценность для сельского хозяйства, пчеловодства, биоразнообразия, науки и просто как пример для будущих поколений исследователей, лесников, амелиораторов, пчеловодов...

И, наверное, самое болезненное во всей этой истории - ощущение, что мы иногда ведём себя как варвары, которые разбирают древний храм тупо на куски мрамора, вместо того что бы сохранить его и стремиться вновь обрести такое же состояние восхищения и вдохновения, как и его строители. И печально то, что те, кто хоть немного понимают значение происходящего, выбирают умалчивать или быть в доле.

Если бы речь шла о каком-то старом заводе, оборудовании, которое морально устаревает и с каждым годом теряет ценность, на это ещё можно было бы махнуть рукой. Заводы теперь нужно каждые 5 лет обновлять. Но здесь всё наоборот.

Речь идёт об уникальной природной и одновременно рукотворной экосистеме, которая с каждым годом только увеличивает свою ценность. Чем старше эти лесополосы, чем разнообразнее там породы, тем больше нектара дают деревья, тем устойчивее сформировавшаяся система, тем выше её значение - для пчеловодства, сельского хозяйства, почвы, воды, климата, биоразнообразия и науки...

А мы берём эту живую, сложную систему, тщательно отобранную генетику и тупыми пилами режем на дрова!

И вот эти ощущения разрухи, утраты, вседозволенности и безнаказанности, наверное, угнетает больше всего. Потому что экономические проблемы есть у всех стран. Их можно решать - медленно, сложно, каждый на своём уровне. Но когда общество спокойно наблюдает, как уничтожается то, что создавалось десятилетиями и должно служить будущим поколениям - это уже не просто экономическая проблема. Это проблема уровня общественного сознания, качества институтов, ответственности и уважения к собственному наследию.

Мне кажется, именно такие вещи сильнее всего заставляют людей терять веру и уезжать из страны. Не только бедность. А ощущение, что без-ценное можно безнаказанно уничтожить, умолчать, а потом просто сделать вид, что ничего не произошло.

И вот сегодня, спустя четыре дня после того, как информация была отправлена ответственным органам, я увидел пост министра окружающей среды о том, что на машины экологической инспекции установили GPS-трекеры. Теперь машины проезжают меньше километров, государство экономит деньги, меньше злоупотреблений служебным транспортом - и это преподносится как достижение....

Я не спорю: контроль служебного транспорта нужен. Возможно, GPS-трекеры действительно помогают уменьшить злоупотребления.

Но проблема, на мой взгляд, не только в том, что экологическая инспекция раньше могла ездить туда, куда не нужно. Проблема ещё и в том, что экологическая инспекция не выезжает туда, куда нужно! 

Именно это я и написал в комментарии под постом министра и упомянул, что уже несколько дней экологическая инспекция Анений Ной игнорирует оперативную информацию о вопиющем случае. Министр почти сразу ответил, что это тоже вопрос, над которым Министерство работает.

И, о БИНГО! Буквально в течение часа после этого по ссылке на мой фотоальбом, которую я отправлял ещё несколько дней назад, и которая была только в переписке с органами, начали один за одним появляться посещения. До этого - четыре дня - никакого движения. После публичного комментария - сразу зашевелилось!

И вот в этом я вижу главную болезнь нашего общества! Система не должна начинать работать только после того, как лично министр публично увидел комментарий. Система должна работать до этого! Автоматически. По сути. В поле. На предупреждение. На профилактику. На защиту общественного интереса.

Пусть машины экологической инспекции проезжают даже в три раза больше километров, если в результате они находят в пять раз больше нарушений, предотвращают ущерб, сохраняют леса, воду, почву, биоразнообразие. Это и есть их работа! 

Эффективность - это не только литры сэкономленного топлива, хотя топливо тоже стоит денег. Настоящая эффективность - это количество предотвращенных преступлений, количество сохранённых лесополос и лесов, количество чистой воды, количество сохраненного биоразнообразия...

Я пишу это сейчас не для того, чтобы кого-то покритиковать или публично атаковать. Наоборот, я очень хочу, чтобы у нас появилась полноценная общественная дискуссия - здоровая, в обе стороны, без истерики, без взаимных обвинений, но с рабочим обменом мнениями и с реальными результатами.

Мне кажется, этот случай в Кетросу - не только про экологию. Это пример более широкой проблемы, которую мы видим во многих сферах: система часто реагирует не тогда, когда нужно предотвратить ущерб, а только тогда, когда проблема уже стала публичной!

Значит, нужно менять не только людей. Нужно переосмысливать и менять настройки системы, критерии эффективности, мотивацию, подходы к работе и ответственность...

Нужно, чтобы государственные органы были заинтересованы не в формальном соблюдении процедур, а в реальном результате тех KPI ради которых они существуют! 

Не в том, чтобы правильно принять письмо на бланке.  

А в том, чтобы вовремя остановить вырубку.

Не в том, чтобы сэкономить километры.  

А в том, чтобы потраченное топливо помогло сохранить леса.

Не в том, чтобы отчитаться о контроле.  

А в том, чтобы предотвратить преступления.

В этой публикации я поставлю только одно видео. Ссылка на остальные фото и видео с геопозициями будет в первом комментарии. Кому небезразлично - можете зайти и полистать сами.

Мне действительно важно понимать, сколько людей окажутся небезразличными к тому, что происходит с исключительным достоянием нашей страны? Сколько будет комментариев и репостов? Сколько журналистов напишут репортажи? Как быстро будут установлены все обстоятельства этого вопиющего хищения, кто и в каком размере будет наказан? Станут ли эти наказания публичными и повлияют ли на предотвращение других вырубок или просто кто-то тихо покинет свой пост? Что бы через год оказаться на том же месте в другом районе…

А больше этого, мне интересно, можем ли мы вместе - коллеги, экологи, гражданское общество, журналисты, чиновники, депутаты, министры, местные власти - спокойно и конструктивно обсуждать, формулировать и внедрять решения, которые способны менять систему шаг за шагом?

P.S.: кстати, господин министр Gheorghe Hajder, я знаю, что Вы и люди из Вашей команды читаете мои публикации, даже когда я пишу на русском языке, поэтому позволю себе напомнить об одной важной договорённости.

В декабре, на встрече с экологическими НПО, мы обсуждали необходимость возобновить формат тематических рабочих групп - по лесам, воде, воздуху, почвам, отходам и другим ключевым экологическим направлениям. Тогда речь шла о регулярных встречах, где представители гражданского общества, специалисты и Министерство могут предметно обсуждать проблемы, совместно искать и находить решения.

К сожалению, насколько мне известно, рабочая группа по лесам до сих пор так и не провела ни одного заседания. А мне кажется, что именно такие ситуации, как история с Кетросу, показывают, насколько этот формат необходим.

Мы все очень заняты - это понятно. Вокруг много кризисов и срочных вызовов, много возможностей в которые надо успеть и взятых обязательств. Но, как видим, проблемы на местах не ждут, пока у системы появится свободное время. Уникальное национальное достояние может быть разрушено очень быстро, а на восстанавление таких экосистем уходят десятилетия! И не факт, что мы можем себе позволить сейчас подобные инвестиции...

Уверен, что коллеги из экологических НПО, несмотря на занятость, готовы участвовать в таких встречах и предлагать конкретные рабочие решения - не только по контролю транспорта, но и по профилактике вырубок, раннему выявлению нарушений, мотивации инспекторов, цифровому мониторингу, взаимодействию с местными властями и реальной защите лесных ресурсов.

Мне кажется, сейчас очень подходящий момент, чтобы вернуться к этому формату: запустить регулярную рабочую группу по лесам, собрать за одним столом специалистов, инспекцию, представителей Министерства, местные органы и гражданское общество - и начать вырабатывать решения, которые можно внедрять на практике.

Я очень надеюсь, что Министерство проявит реальную заинтересованость и организует такую дискуссию не формально, для галочки - а регулярно и по существу. Потому что в таких вопросах гражданское общество не является оппонентом власти, а сильным союзником. Главное, что бы оно ощущало свою нужность - а конструктивные предложения - внедряются на практик.

Александр Саинсус, г. Кишинёв.